Блокнот путешествий. Всё как у казахстанских зверей в Барсакельмесе

Рубрика: по просторам Казахстана
Выпуск №16, Лето 2019
Съёмки по дороге в Каскакулан. Фото Ирины Григорьевой
- Внимание! Поезд Астана-Мангышлак отправляется, просьба провожающим покинуть вагон, – раздался голос проходившей мимо купе проводницы.

Я уже уложила свои вещи, достала книгу и уселась поудобнее. Поезд тронулся. Впереди около 40 часов дороги, долгой, неизведанной, жаркой дороги и время на полное осознание грядущих событий. 
На третьи сутки я, наконец-то, добралась до места встречи с командой «Всё как у зверей». Яркое солнце Бейнеу ударило по глазам, а ещё я моментально почувствовала, насколько здесь жаркий и сухой воздух, поэтому несколько секунд просто стояла и привыкала к новому для себя. Почти сразу же ко мне подошёл пожилой таксист, мы поторговались, а затем водитель, немного недовольный окончательной суммой, отвёз меня в гостиницу. Времени до встречи команды оставалось немного, я занялась решением оставшихся вопросов. 

Где-то около трёх утра меня будит смс-сообщение «мы на границе», в пять я уже стою на вокзале и надеюсь, что поезд из Кунграда не задержат, и мы успеем на поезд в Аральск. Точно по расписанию на второй путь прибывает состав из Узбекистана. Выдыхаю. «Сейчас ребята выйдут, и мы спокойно пересядем и отправимся в Аральск», - думаю я. Но это было бы слишком просто! Поезд остановили на энное количество часов для досмотра; вокруг передвигались пограничники с собаками. Никого из поезда не выпускали. А тем временем на первом пути уже стоял состав на Аральск. Спешу к людям в форме, но все отмахиваются от меня. Примечаю одного военного, как мне подумалось, главнокомандующего, подхожу к нему и объясняю ситуацию. К моей огромной радости, он входит в положение и отправляет солдат быстро проверить ребят. Женя (автор и ведущая программы «Всё как у зверей»), Олег (оператор проекта) и Вася (ассистент оператора) уходят вместе с пограничниками получать пропуска. Мне помогают вынести вещи ребят из поезда, а потом мы быстро, буквально под объявление об отравлении поезда в Аральск, закидываем рюкзаки в тамбур нашего вагона и запрыгиваем внутрь. Я едва успеваю повернуться и поблагодарить всех за помощь, как дверь закрывают, и поезд почти сразу начинает движение. Отдаём наши билеты и заходим в купе, раскладываем вещи., «Я - Ирина, добро пожаловать в Казахстан», - говорю я, протягивая ребятам руку. 

К вечеру добрались до Аральска. Нас встретили сотрудники Барсакельмесского заповедника и отвезли в гостевой домик, где мы должны были переночевать перед отправлением в пустыню. Остатки дня были разделены между «поболтать» и «личное пространство», а потом все отправились в страну Морфея. 

Утро было добрым! Просыпаться под пение птиц, доносившееся через открытое окно, было очень здорово! Мы позавтракали, приготовили вещи, познакомились с директором заповедника. Затем отправились на рынок закупать продукты, заехали в офис Барсакельмеса, загрузили всё необходимое и выдвинулись навстречу Аралкуму.
Бывшее дно Аральского моря. Фото Ирины Григорьевой

Не сказать, что ехали долго, часа 4, может, немного больше, не считая заезда в какой-то посёлок. К вечеру приехали на территорию Каскакулана, Олег с Васей и один из сотрудников заповедника пошли выбирать подходящее место для съёмки куланов. Мы с Женей пошли на поиски интересной живности в противоположную сторону от водоёма, остальные же остались рядом с машинами. Минут через тридцать пришли ребята и сообщили, что куланы есть, надо попробовать снять. Решаем ставить лагерь недалеко от водоёма. Проехали немного, видим, хорошая ровная поверхность без веток и кустарников, ещё и рядом с будущим местом съёмки - всё идеально. Ночуем здесь! Только наших сопровождающих смущает относительно тесное соседство со старым кладбищем. Но им приходится смириться, так как процесс разгрузки машин идёт активно, а Олег с Васей успели уйти делать скрадок. «Здесь так здесь», - вздохнув тяжело, они пошли тоже заниматься обустройством лагеря. Отставив в сторону рюкзаки и палатки, мы вместе с Женей принялась готовить ужин. Нуртуган расстелил на земле палас средних размеров и накрыл его клеёнкой, сказал: «Это дастархан, готовить будем за ним, и есть тоже». Я была удивлена не меньше Жени, так как самой впервые пришлось столкнуться с такой альтернативой привычному для нас походному столу. Но команду ничего не смущало. Жене нравилось готовить на огне от сухого саксаула и сидеть за импровизированным дастарханом, Вася с Олегом тоже не были против такого варианта стола. Дружно поставив палатки, мы принялись за долгожданный горячий ужин, а после вчетвером вышли на ночной учёт живности. 

Свет от налобных фонарей вырывал из темноты десятки сверкающих и переливающихся глаз тарантулов. Пауками разных размеров было усеяно всё вокруг.

Подойдя к кладбищу, мы заметили, что появившиеся огоньки глаз светятся по-другому. Через несколько шагов наткнулись на маленького сцинкового геккончика, чуть поодаль притаился ещё один, но крупнее, а дальше ещё и ещё… Взгляды устремились за натянутую проволоку вокруг кладбища и мы ахнули: вся территория буквально усеяна каким-то невероятным количеством блестящих глаз. «Ого, это же целый клондайк! Заповедник в заповеднике!», - сказала восторженная Женя. «А посмотрите, какой здесь сцинк», - раздался голос Олега где-то сбоку от нас. Подойдя, мы увидели задравшего хвост важно шагающего геккона. «Давайте его снимем», - предложил кто-то. И мы, выстроившись в круг, принялись регулировать свет фонарей по указаниям Олега. Затем и Вася решил сделать из сцинка звезду инстаграма, снимая, как тот облизывает свои очень эффектные большие глаза. 

Сцинковый геккон в Каскакулане. Фото Ирины Григорьевой

Теперь на нашем маршруте встречалось большое количество гекконов: кто-то трапезничал, кто-то вылезал из норок, но особым притяжением обладали малыши. Как позже напишет Женя: «Маленькие геккончики - это психотронное оружие». Так оно и есть: с крупными головами, огромными глазами, ну сразу видно - детёныши, и как им не умиляться. Так мы бродили часа полтора по ночному Каскакулану, снимая гекконов, натыкаясь на тарантулов, муравьиных львов и каких-то жуков, а над нашими головами периодически проносились летучие мыши.

Возвращаясь в лагерь с Женей (ребята остались дальше снимать гекконов), мы встретили песчанку. Видимо никогда не видевшая людей зверушка, поглазев на нас, спокойно занялась своими делами, а потом, утомлённая пристальным вниманием, ушла за ограду кладбища. Мы же, вернувшись в лагерь, уставшие и довольные разбрелись по палаткам. 

Утро. Жарко. Очень хочется спать, но больше находится в палатке невозможно, даже открытый вход не спасает, и это ещё семи нет. Немедленно отправляюсь на улицу. В лагере - никого, Олег и Вася пару часов назад ушли снимать куланов, а остальные спят. «И как им не жарко?!», - удивляюсь я про себя. Но совсем скоро все палатки опустели, а в лагерь вернулся Вася, который через несколько часов вновь ушёл помочь Олегу принести оборудование обратно.
Жара уже не давала полноценно дышать, поэтому мы быстро поели, убрали в лагере за собой и поехали. Так как наши сопровождающие забыли фляги с водой, пришлось менять маршрут: мы поехали в близлежащий посёлок. Ну а куда деваться? Пустыня не простит такой оплошности.

Через пару часов приезжаем в это село, где нас встречают другие сотрудники заповедника. Радушные хозяева приглашают в дом на чай, усаживают за большой дастархан. У команды из России начинается знакомство с бытом, нравами и кухней казахского народа. Быт мне знаком, а вот из всех угощений больше всего запомнился крепкий чай с верблюжьим молоком, который хотелось пить и пить. После трапезы решаем остаться на пару часов, так как нужно зарядить технику.
Немного отдохнув и подзарядив аппаратуру, засобирались в путь. Но конечно, нас не отпустили без чая. 
Теперь наш путь лежал в сторону встречи Малого Арала с Большим, к когда-то существовавшему проливу Берга, к Кокаральской плотине. Дорога была недолгой. Совсем скоро мы добрались до тех вод, которые остались после хлопковых гонок от полноценного Аральского моря.

Растительность бывшего острова Кокарал. Фото Ирины Григорьевой

Ощущение контраста между настоящим моментом и прошлыми часами было необычайным: еще недавно ты ходила по бывшему дну Арала, под ногами хрустели панцири моллюсков, сухой и жаркий воздух заставлял дышать через маску, живые существа встречались, в большинстве своём, ночью. А тут мы словно пересекли какую-то невидимую границу, и в раскрытые окна автомобиля ворвался свежий влажный воздух, характерный для больших водоёмов. Начали появляться птицы: цапли, поганки, кулики, чайки, болотные луни. В глазах рябило от количества живности и зелени. Несмотря на наступивший вечер, вся команда ожила.

Кокаральская плотина. Съёмки. Фото Ирины Григорьевой

Подъехали к плотине, и она сразу захватила наше внимание: с обеих сторон большое количество взрослых рыб и мальков, к рыбакам присоседились бакланы. Проведя съёмку и посмотрев внимательно на Малый Арал и его берега, мы отправились на бывший остров Кокарал. Там сделали ещё одно маленькое открытие: наткнулись на пустынных мокриц. Это было так необычно для всех! Ракообразные несуетливо занимались своими делами, копались в земле, таскали какие-то веточки-палочки, работа у них выполнялась в основном парами. Удивленные и захваченные увиденным, мы как-то пропустили момент, когда сопровождающие нас люди дружно решили, что ночевать здесь не будем, и собрались уезжать, сообщив нам об этом из движущегося автомобиля. Часть нашего лагеря уже уехала, и мы, не имея другого варианта, двинулись обратно в село, куда неожиданно для нас и была перенесена наша ночевка…

В 4 утра - подъём. Долгие попытки отговорить нас от поездки к интересующему острову не увенчались успехом: мы мягко, но настойчиво говорим «надо!». И вот наш автомобиль с лучами рассветного солнца мчит туда, где всё начиналось - на бывший остров Барсакельмес.

Сначала мы ехали среди каких-то растений, характерных для заболоченных мест, потом пейзаж резко изменился, и мы оказались в песках, с редкими раскидистыми кустами. Дальше было ещё интереснее: началась территория такыров - до горизонта только потрескавшаяся на солнце земля. "А почему здесь такие резкие ландшафтные переходы?", - спросил Олег. Но мы были сами удивлены и могли лишь строить догадки. Потом к такырам начал подмешиваться песок, мы даже остановились, чтобы снять эти переходы, настолько они всех зацепили.
Такыры бывшего острова Барсакельмес. Фото Ирины Григорьевой

«Женя, подойди сюда», - говорю я.
Женя, заинтересованная моим озадаченным видом, подошла и присела рядом. Мы уставились на свежие кошачьи следы. Сомнений не было, здесь совсем недавно прошёл кто-то из семейства кошачьих. Воодушевлённые, стали выдавать одну за другой версии, кто же это мог быть, на кого этот зверь здесь может охотиться и как решает вопрос с водой. Нашу горячую дискуссию прерывает Нуртуган и протягивает бинокль:
"Смотри вон туда, там ходят джейраны", - указывает он рукой.
Но джейранов немного, и надеяться на успешную съёмку не приходится.

Остановка у раскопок Кердери. Фото Ирины Григорьевой

Следующая наша остановка произошла уже в идеальных песках, со скудной и блёклой растительностью. Рядом с машиной находим нору; на выброшенном и ещё мокром песке опять кошачьи следы. Тут наша команда уже всерьёз задумались над тем, кто же это может быть. Все загорелись желанием увидеть хозяина норы. Отметили место на карте, чтобы ночью сюда вернуться, тем более что до Барсакельмеса отсюда рукой подать.

Скоро наш автомобиль буквально взлетел по песчаной дороге на остров. Справа от нас - широкая полоса саксаула, слева - сплошные такыры. А впереди виднеется заброшенная научная станция острова Барсакельмес.

Остатки от научной станции Барсакельмеса. Фото Ирины Григорьевой

Подъехали к домикам, все высыпали из машины и разбрелись в разных направлениях. Обводя глазами место, я ощутила бегущий по телу холодок. Воображение рисует жизнь: как учёные с огоньком в глазах совершают новые открытия, как мужчины делают заготовки на зиму и обсуждают будущий покос травы, как детвора таскает взрослым очередную живность на определение, как студенты, закинув сумки за плечи, уходят наблюдать за куланами и сайгой. А в реальности я вижу развалины, ржавую технику и черепа крупных копытных.

Стоишь среди останков бывшей научной станции, а вокруг тишина, лишь стук собственного сердца отдается в ушах, удушающая жара в 10 утра добавляет ещё больше неприятных ощущений, и кажется, что попал в игру "остаться в живых"...

Спасаясь от зноя, мы с Васей и Женей ушли в один из домиков, где хранились разные документы времён основания и функционирования заповедного острова. Мы провели там много времени, просматривая записи, письма, договора, метеосводки, прикасаясь к истории этого места. Потом, почти до вечера, отдыхали в домиках, но даже там изнывали от духоты (термометр показывал +43). 

Где-то часам к пяти над островом нависли серо-синие тучи, поднялся ветер и легкий дождь оросил землю. "В этих местах дождь большая редкость", - сказал нам один из инспекторов. Олег, вдохновленный пыльной бурей, вооружился камерой и ушёл снимать природу в ее грозной ипостаси. Мы, дождавшись когда он закончит фотографировать, взяли остатки оборудования и все вместе отправились на съемку к отдаленным домикам. 
Жара потихоньку начала отступать, мы уселись в нашу «буханку» и отправились к южному берегу Барсакельмеса. Великолепный Чинк встретил нас чудесными видами, а бонусом была старая баржа у его подножья. Не удержавшись, мы залезли сначала на один выступ, затем на другой, и от высоты перехватило дыхание.
Вот так мы стояли, представляя, как каких-то шестьдесят лет назад этот берег омывался водой. А теперь это - самая молодая пустыня мира, уникальное место.
Через несколько минут мы уже спускаемся вниз. Земля набивается в обувь, камни катятся, перегоняя нас, мышцы напряжены.

По пути нам встречаются стрела-змея, полосатая и средняя ящурки, какие-то жуки. Каждый из нас суёт под нос любой встречной живности свой телефон или камеру - фиксируем моменты, которые будут оживлять воспоминания. Потом забираемся на баржу, пробитую растительностью, местами настолько ветхую, что даже наступать страшно.

Казалось бы, поднялись обратно всего минут через двадцать, но солнце уже соприкасалось с линией горизонта. Дождались Васю и Олега, которые вернулись с находками - раковинами моллюсков.

Сели в машину и, не заезжая на станцию, поехали выбирать место для ночёвки.
 
След на такыре Барсакельмеса. Фото Ирины Григорьевой

Таким местом стал большой такыр, испещренный следами зверей и птиц. Быстрым шагом прохожусь по нему: местами земля ещё сохранила влагу, и, наступая на неё, начинаешь медленно проваливаться. Показываю водителю, как лучше проехать и куда встать. "Ребят, идите сюда", - подзываю команду, указываю на мешанину следов. Все в восхищении: раз здесь столько следов, значит, кого-нибудь точно встретим сегодня ночью. Эта мысль поднимает настроение.
Мужская часть команды вызвалась ставить палатки, а мы с Женей занялись ужином.
Расстелили наш дастархан, включили фонари, едим. На свет слетаются и сбегаются все возможные беспозвоночные. У ног бегают большие волосатые бесстрашные сольпуги. Вся живность, примчавшаяся на свет, для них просто меню , а сегодня это прям шведский стол.
Установленная чуть ранее приманка работала превосходно, только вот приманивала она не тех. Лишь насекомые оккупировали её, а временами над этим пиршеством носились летучки.

Лагерь на такыре недалеко от бывшей научной станции острова. Фото Ирины Григорьевой

Поужинав, отправляемся фарить. Все мысленно надеются на встречу с толстохвостиком. Едем. Луч фары вырывает первого зверька из темноты.
-Это кто? - раздаются голоса с заднего сиденья.
- Вроде песчанка - констатируем тут же.
- Нам нужна песчанка, - говорит Олег.
Ок. Нужна так нужна. Выскакиваем с Васей из машины, немного побегав, ловим грызунчика. Пять минут модель крутится перед камерой, затем отпускается на свободу.

Едем дальше. На пути тушканчики, но не толстохвосты - их тоже ловим, делаем из них будущих звёзд и отпускаем невредимыми обратно.
Песчанки да малые тушканы - это все, кто попался нам на пути. Немного расстроенные, что толстохвост не вышел поздороваться, возвращаемся в лагерь.
Мы с Женей ещё какое-то время бродим с фонарями недалеко от палаток. Место ведь явно посещается зверьём.
Я нахожу только следы звериной жизнедеятельности. Жене, в отличие от меня, везёт больше: на её включенный фонарь слетелся весь Барсакельмес, который она случайно запустила в палатку и всю ночь страдала от надоедливых соседей.

Рассвет на такыре. Фото Ирины Григорьевой

В пять утра подъём, но я встаю раньше, и прогуливаюсь по месту, запоминая запахи, виды и ощущения. Чуть позже,остальные ребята,проделывают тоже самое.
Ну что, в путь! До скорой встречи, Барсакельмес!

Собираем лагерь, и машины трогаются, поднимая клубы пыли. Мы оставляем это место вновь наедине с собой. Каждый из нас уже почувствовал, что остров живой, а его название («Пойдешь - не вернёшься») - скорее память, легенда, но не реальность.

Остров все отдалялся, а с ним и пески пустыни, древние поселения, раковины моллюсков Арала и Тетис, причудливые формы жизни и многое другое, что останется в наших воспоминаниях надолго! 




Автор материала:


ИРИНА ГРИГОРЬЕВА
член и волонтёр АСБК 

Похожие статьи

Оставить мнение

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив