Затерянный мир Арала. За фламинго на озеро Тущибас

Рубрика: По просторам Казахстана
Выпуск №16, Лето 2019

В августе наша комплексная экспедиция зоологов и ботаников вместе с сотрудниками Барсакельмеского заповедника изучала состояние животного и растительного мира в авандельте Сырдарьи. Экспедиционный лагерь располагался на песчаном берегу залива Малого Аральского моря, вдоль Кокаральской плотины, от которой в сторону взморья тянулась широкая полоса тростников. Недалеко от лагеря, на мелководьях, можно было видеть тысячи различных куликов, чаек, крачек, а на плёсах среди тростниковых купаков - лысух, уток, гусей и цапель. Иногда появлялись стаи бакланов, пеликанов и лебедей. Я едва успевал их пересчитывать.


Однажды вечером, когда красное закатное солнце коснулось пустынных вершин горы Кокарал, в лагере раздался крик: «Фламинго!». Мы выскочили из палаток и замерли от восхищения: более двухсот изящных розовых птиц поднялись с залива и, выстроившись в длинную вереницу, пролетели над нами . Удивительно, но летели они не к морю, а на запад, в сторону солнца, заходящего за Кокарал. Когда я поинтересовался, что находится там, мне рассказали о солёном озере Тущибас на Большом Аральском море. Мой вопрос стал причиной цепочки интересных событий, о которых мне и хочется рассказать.

Розовые фламинго. Фото - А.Коваленко
Краткая справка
Розовый фламинго Phoenicopterus roseus. Крупная птица с очень длинными ногами и шеей, с большим сильно изогнутым книзу клювом. Оперение тела розовое, маховые перья чёрные, кроющие крыла алые, ноги красные. Молодые птицы снизу серовато-белые, сверху – буроватые. Масса 2-4,5 кг, длина тела до 145 см, размах крыльев до 160 см.
Обитатели солёных озёр Казахстана. Гнездятся многотысячными колониями на труднодоступных островах озера Тениз в Кургальджинском заповеднике и в некоторых заливах Каспия. В кладке 1-2 яйца. Насиживание длится 28-30 дней. Молодые становятся летающими в возрасте 70-75 суток. Так как к размножению приступают в возрасте 4-6 лет, значительная часть птиц ведёт бродячий образ, концентрируясь на солёных озёрах, богатых водными беспозвоночными. Питаются преимущественно рачками Artemia salina, а также мелкими моллюсками, красными водорослями и семенами руппии. Занесены в Красную книгу Казахстана и Красный список МСОП. Места гнездования, линьки и кормёжки нуждаются в особой охране.

Во время вечернего чаепития, когда за походным дастарханом собрались все участники экспедиции, мы вернулись к разговору о фламинго и об озере Тушибас. Местные инспектора припомнили, что им действительно приходится время от времени наблюдать утренние прилёты этих птиц со стороны Тущибаса, а по вечерам видеть, как они туда возвращаются. Нынешним летом инспектора замечали подобное уже несколько раз, а на солёных мелководьях в заливе Малого Арала встречали кормящихся фламинго. Такие утренние и вечерние перелёты могли свидетельствовать о том, что на Тущибасе существует место постоянных скоплений этих птиц, до сих пор неизвестное учёным. Высказанное предположение заинтересовало директора Барсакельмеского заповедника Зауреш Жансултановну Алимбетову, и она предложила съездить на озеро, чтобы разгадать загадку фламинго, а заодно познакомиться с общей экологической ситуацией.

Краткая справка
Тущибас (Тущыбас, Тщебас) – в прошлом большой залив Аральского моря, ныне гиперсолёное озеро, третий по величине водоём в бассейне бывшего моря. Находился в северо-западной части Аральского моря между полуостровами Каратуп и Куланды, имел длину 37 км и ширину 25 км. В конце 1980-х годов, когда уровень воды на море понизился на 13 м и пересох узкий пролив Берга у острова Кокарал, море разделилось на две части. Залив Тущибас стал северной частью Большого Арала. В 2004-2006 годах из-за продолжающегося обмеления он отделился от Большого Арала и превратился в изолированное озеро, в котором из-за отсутствия притока воды концентрация солей увеличилась до 70%. Сейчас оно превратилось в одно из наиболее солёных озёр в Евразии, в нем исчезла рыба, моллюски и большинство водных беспозвоночных. Усыхание и уменьшение водоёма в размерах продолжается.
Ранним утром мы, вместе с присоединившимся к нам геоботаником Лилией Димеевой, уже ехали пустынной дорогой, огибающей горы Кокарал. По пути заехали в небольшой рыбацкий посёлок Акбасты и, пока пили чай у директорских знакомых, подробно расспросили старожилов о том, что им известно про фламинго на Тущибасе. Они подтвердили, что на его мелководьях в последние годы постоянно существуют скопления фламинго, порой насчитывающие десятки, а порой и сотни птиц. Часть стай разлетается на кормёжку по заливам Большого и Малого Арала, но каждый раз возвращается обратно. Видели их и нынешним летом, о чем рассказывали недавно рабочие бригады, занимавшейся там заготовкой соли. Когда мы спросили о рыбном промысле, нам поведали, что уже давно, с девяностых годов, там им не занимаются. Пока Тущибас был заливом моря, в нём ловили много камбалы, салаки и атеринки, но когда после обмеления Большого Арала оно превратилось в замкнутое озеро, солёность стала настолько высокой, что рыба вымерла.

Попросив одного из местных жителей стать нашим проводником на соляные промыслы, мы отправились в путь. Машина долго петляла среди глинистых холмов и каменистых сопок Каратупа и неожиданно остановилась у крутого спуска с обрыва. Мы оказались на берегу исчезнувшего морского залива Тущибас, имеющего почти округлую форму и, словно крепостной стеной, опоясанного высокими береговыми обрывами. Внизу простиралась обширная приморская равнина, на которой в форме вытянутого овала синело огромное озеро, окаймлённое широкой белой полосой солончаков. Вокруг него, вплоть до гор тянулась наклонная серозёмная равнина шириной 2-5 км, с чётко выделяющимися концентрическими кругами, по которым можно хорошо проследить в какой последовательности отступал урез воды, происходило обмеление и усыхание озера. С первого взгляда было понятно, что озеро катастрофически уменьшилось в размерах, и от него едва ли осталась четверть прежнего объёма.

Озеро Тущибас. Фото - Н.Березовиков

Спустившись вниз по широкой промоине, мы более 30 километров ехали по накатанной дороге вдоль отвесного обрыва высотой 20-30 м, напоминающего стены и валы древних среднеазиатских крепостей. Казалось, иногда мы видели причудливые башенки и купола, иногда – сказочные минареты и дворцы. Сами стены напоминали гигантский слоёный торт, состоящий из нескольких слоёв серых, белых, жёлтых и даже синих илов. Временами встречались обломки породы с отпечатками раковин моллюсков, в одном месте обнаружились плиты песчаников, напоминающие гончарные круги. Попадались также глиняные фигурки, отполированные волнами.

Дорога на Тущибас. Фото - Н.Березовиков

От подножья гор вниз уходила солончаковая равнина, поросшая полынью, солянками, верблюжьей колючкой и низкорослыми тамариксами-гребенщиками. Ближе к обрывам попадались кусты саксаула и чингила. А однажды у самого обрыва мы увидели рощицу из нескольких старых кустов серебристого лоха, сохранившихся здесь со времён начала катастрофы на Аральском море и переживших вместе с ним все экологические беды. Когда мы подошли взглянуть на этих старожилов, то, к своему удивлению, обнаружили рядом с ними колонию больших песчанок – около 20 жилых норок. Это были единственные зверьки, встреченные нами за время пути. По всей видимости, они появились здесь недавно, расселяясь по бывшему морскому дну между Малым и Большим Аралом. Птиц тоже было мало. Попадались в основном типичные обитатели пустынь – каменки-плясуньи, серые и хохлатые жаворонки.

Нора большой песчанки. Фото - Н.Березовиков

Постепенно обрывы сменились отдельными возвышенностями, напоминающими шатры и юрты, у подножия которых лежали глыбы песчаников, скатившиеся вниз. Внезапно водитель резко затормозил – дорога была перекрыта огромным земляным валом из перемешанных с почвой обломков песчаников, камней, корневищ кустарников и бурьяна. Местами далеко вниз вместе с большими участками почвы уползли и сами кусты. Вначале мы решили, что обрушился отвесный обрыв, но приглядевшись, поняли, что с середины крутого склона недавно сошла огромная масса породы и волнами проползла от подножия горы на подгорную равнину, завалив единственную дорогу.

Оползень на дороге. Фото - Н.Березовиков

Так мы стали свидетелями редкого природного явления, которое условно назвали «пустынным селем». Оно отдалённо напоминало оползни в горах Тянь-Шаня, на крутых склонах которого время от времени происходит смещение вниз под тяжестью собственного веса огромных масс породы. Подобное случается в период ливневых дождей после переувлажнения почвенно-растительного покрова или сейсмических толчков. Здесь же, вероятнее всего, имело место чрезмерное иссушение почвенного покрытия склонов. Не исключено, что сход этого оползня спровоцировали подземные толчки.

С трудом объехав завалы и выбравшись на дорогу, мы вскоре доехали до горы Таскарашокы. У её подножия когда-то располагался порт Аральской военной флотилии. Теперь, глядя на лежащую внизу пустынную равнину, с трудом верилось, что ещё совсем недавно в этом заливе стояли настоящие морские корабли, а о его скалистые берега с шумом разбивались штормовые волны.

От этой горы мы съехали вниз к озеру и остановились у недавно построенного крестьянского хозяйства – домика и кошары, расположенных у окружённых зарослями тростников родника с ручейком. Сейчас хозяйство пустовало, но поздней осенью сюда пригонят лошадей для зимнего выпаса. По словам проводника, жители Акбасты в последние годы стали приезжать сюда и заготавливать на корм домашним животным молодой тростник.

Ещё сверху я обратил внимание, что на приозёрной равнине наряду с красными пятнами солероса зеленеют какие-то лужайки, явно свидетельствующие о выходах грунтовых вод. И с удивлением узнал, что вода в заливе Тущибас когда-то была опреснённой, так как на дне имелось множество родников. Часть из них сохранилась до сих пор, и они способствуют поддержанию здесь жизни.

Отсюда я отправился к озеру пешком и дошёл до песчаного вала, обозначающего линию, до которой во время штормовых ветров докатываются волны. Он был покрыт растительным мусором – сухими водорослями и стеблями тростников. Далее простиралась широкая полоса солончака и илистого мелководья. По правде говоря, я ожидал увидеть воду, похожую на соляной рассол и полное отсутствие птиц, но ошибся. На берег накатывались обычные озёрные волны, только очень солёные. По мелководью бродили земляные утки-пеганки и кулики-шилоклювки, на водной глади как поплавки качались многочисленные круглоносые плавунчики – небольшие арктические кулички, торопливо собирающие с воды какой-то корм, а вдали летали крупные чайки.

Ещё на подъезде к озеру я обратил внимание, что в ближайшем из заливов фламинго не видно. Теперь, установив на штатив зрительную трубу, я тщательно, осмотрел берега, и убедился в отсутствии этих птиц в восточной и северной частях озера. К такому же выводу пришёл и наш проводник после долгого рассматривания берегов в бинокль.

- В этом заливе их видели много раз, но сегодня их нет, - сказал он.
А потом предположил, что они могут находиться в другой части озера, или улетели кормиться на море, где вода менее солёная и корма больше.
– Приезжайте в следующий раз, и мы обязательно увидим фламинго!
Озеро Тущибас. Фото - Н.Березовиков
Близился вечер, и мы собрались уезжать обратно. Когда проезжали мимо Таскарашокы, по просьбе проводника заехали на каменистую вершину горы, с которой открывался великолепный вид на весь Тущибас. Здесь, на бетонном постаменте возвышались две плиты из чёрного мрамора: на одной были выбиты строки из романа «Кровь и пот», а на другой - из книги «Последний долг», написанные народным писателем Абдижамалом Нурпеисовым. Он родился в этих краях, и свои произведения посвятил аральским рыбакам, трудным и трагическим судьбам своих земляков в первой половине ХХ века.
Памятник Аралу. Фото - Н.Березовиков

Мы долго вчитывались в эти трогательные строки, посвящённые Тущибасу, в памятные для всех аральских жителей названия: Бес-Шокы, Боташ, Бел-Аран, Куланды, Каратуп.




Автор материала:


НИКОЛАЙ БЕРЕЗОВИКОВ,
кбн, снс Института
зоологии МОН РК


Похожие статьи

Оставить мнение

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив